Корнев Вячеслав - Эгоистичный мем идеологии, 2020. Страница 147.

ЭГОИСТИЧНЫЙ МЕМ ИДЕОЛОГИИ Вопрос в том, что поддерживает это нарциссическое положение, какая инстанция прячется под чертой. В истерическом дискурсе (где $ тоже на вершине) субъектом руководит желание. В психоэкономике капитализма знаменателем дроби является обыкновенно корпорация: «корпоративный дух», «корпоративная лояльность», «корпоративный дресс-код»… Мираж господского дискурса в том, что с нами говорит социальная инстанция (тогда как на деле властвует самый обыкновенный фрустрирующий субъект). Руководящая иллюзия капиталистического дискурса в том, что автор речи – живой человек, пускай «звездный», избалованный, но такой заурядный в своих желаниях и словах. Фактически же с нами взаимодействует шифтер, функционал, персонифицированное означающее власти. Он, как говорится, «является лицом фирмы» (рекламным, юридическим или политическим агентом и т.п.), «торгует лицом». Но трудно ждать от него самостоятельных человеческих реакций, не предусмотренных должностными инструкциями, специальными протоколами, коммуникативным дресс-кодом. В том же глянцевом интервью рекламной дивы вы не найдете ни одного живого слова – это безликая речь спичрайтеров и пресс- секретарей. Поучителен итог многих президентских кампаний, вдохновляемых надеждами, что на этот раз к власти точно придет человек не из системы – он всё поменяет, перетряхнет, начнет новую политику. Потом в очередной раз выясняется, что не человек делает место, а политическое место – человека. Оппозиционер встраивается в правящую бюрократию, ключевые вопросы отдаются на откуп «профессионалам» из бессменной команды администраторов. Словом, матрица перезагружается, но операционный модуль остается неизменным. Бенефициаром капиталистического дискурса может быть только капитал, а не субъект. Как пишет Мати: Капиталист может теперь оставаться анонимным и не называть себя, как и сам капитал, он может играть вместе с капиталом и вместе с ним наслаждаться без смерти и без препятствий. Это не
Закрыть