Александр Гольдфарб. Быль об отце, сыне, шпионах, диссидентах и тайнах биологического оружия (2023). Страница 155.

А.  Гольдфарб.  «Быль об отце, сыне, шпионах, диссидентах и тайнах биологического оружия» 156 Я успел услышать конец сообщения: «…Белый дом категорически отказался обменивать шпиона на журналиста, в то время как российский президент Горбачев заявил, что Данилова поймали с поличным».

– Что произошло? – спросил я.

– Русские арестовали американского журналиста и говорят, что он агент ЦРУ, – сказала Анукампа.

– Если это Ник Данилов, то я с ним знаком. Он друг моего отца. Он такой же шпион, как я китайский император.

– Ты всегда готов повторять то, что говорит твой любимый Рейган, – сказала Анукампа. – Его арестовали как раз в тот момент, когда ему передавали какие-то секретные документы.

Не могли же его арестовать без всякой причины?

– Документы ему наверняка подсунули, такие фокусы нам известны. Причина, возможно, есть, но совсем не та, что ты думаешь.

Как мы узнали из следующего выпуска, Ника арестовали в тот момент, когда один из его московских друзей, некий Миша, передал ему пакет с какими-то бумагами. В ту же секунду из кустов выпрыгнули агенты Конторы, вскрыли пакет, и оказалось, что там находятся сек- ретные карты советских воинских частей в Афганистане. Вместо того чтобы попасть к моему отцу в больницу, куда он собирался в этот день, Ник оказался в следственном изоляторе КГБ в Лефортове. В тот же день по дипломатическим каналам русские соoбщили американцам, что готовы обменять Ника Данилова на советского шпиона – сотрудника ООН Геннадия Заха- рова, – арестованного за неделю до этого в Нью-Йорке. Арест Ника был обставлен в точности, как арест Захарова: того задержали, когда он получал секретные материалы от сотрудника аме- риканской оборонной фирмы. Как и в Москве, на станции метро в Квинсе в засаде поджидали агенты – только не КГБ, а ФБР.

  * * *   С самого начала этой истории меня поражало очевидное несоответствие мелкотравча- тости эпизода с масштабами кризиса, который за этим последовал: ведь под удар был постав- лен саммит Горбачева и Рейгана и весь процесс разоружения. По всей видимости, Геннадий Захаров был агентом очень низкого уровня и не мог нанести серьезного ущерба США. Амери- канцы сами заманили его в ловушку: как писали газеты, за ним следили давно, а человек, пере- давший ему материалы, был агентом ФБР под прикрытием. Конечно, Ника Данилова взяли в отместку за Захарова, но зачем американцам-то было устраивать кризис на пустом месте?

И только десять лет спустя из рассекреченных документов стало понятно, что в те дни за кули- сами происходила одна из главных шпионских драм холодной войны.

В течение всего предыдущего года Вашингтон с ужасом наблюдал, как в Москве один за другим исчезли все их русские агенты. В шпионских делах есть железное правило – око за око. Но американцам некого было хватать: Эдвард Ли Говард к тому времени уже перебежал в СССР, а Олдрич Эймс еще не был раскрыт; его выявили только девять лет спустя. В бессиль- ной ярости американцы выслали около 80 шпионов, работавших под дипломатической кры- шей – практически всех сотрудников резидентуры КГБ и военной разведки ГРУ – и сократили численность посольства СССР и советской миссии в ООН. Но это, конечно, не было адекват- ным ответом на аресты и расстрелы в Москве.

Правда, в  Америке находился многочисленный советский персонал, не  защищенный дипломатической неприкосновенностью. Считалось, что среди них имеется достаточно шпи- онов – но, кто конкретно, оставалось загадкой. Захаров был первым агентом без дипломати- ческого прикрытия, пусть даже и мелким, которого удалось выявить с помощью провокатора.

Наконец-то в руки американцев после серии кошмарных провалов попался настоящий рус-
Закрыть