Шарафутдинова Лилия Рагитовна - Традиции суфизма в башкирской литературе. Автореф. - Уфа, 2007. Страница 4.

9 10 «человеку подобает нравственное величие в обоих мирах». Главным условием для этого является доброе и справедливое отношение к людям, особенно к беднякам. Так, Санаи в своей лирике, выступая против тирании, учит царей не грабить подданных, угрожая высшим судом. Крупнейшая дидактическая поэма «Сад истин», имеющая ящичную композицию, соединяет формы житейской дидактики и суфийской лирики. Проповедуя терпение, отшельничество и пост, аскетический образ жизни суфиев, автор в то же время выступает против жестокости и социальной несправедливости, прославляет разум, знание. Творчество Фарид-ад-дина Аттара, создателя больших эпических произведений наставленческого характера на суфийские темы, также представляет огромный интерес. Одним из первых он создал большие эпические произведения по суфизму. Особое место в его литературном наследии занимает «Беседа птиц» - аллегорический сюжетный рассказ о походе птиц к царю – волшебному Симургу, обитающему за горами Кавказа, о трудностях этого пути и о достижении цели лишь немногими. Эта цель – познание «истины». Только непоколебимые путники – тридцать птиц, символизирующих подлинных подвижников, несмотря ни на какие препятствия, узрели бога – «Симурга», познав самих себя1. Это, конечно, аллегорический рассказ, где путь (полет) птиц, полный лишений и страданий, - это путь суфия, ступени его самосовершенствования, путь самопознания. Эпическое произведение «Божественная книга», воспевающая трагическую историю любви двух молодых людей – Бекташа и поэтессы Рабиа Киздари, написана в духе пантеизма (единства бога и всего сущего). Влюбленных может спасти только смерть. Так и происходит. Эта всепоглощающая любовь обращена к Богу. Трагический финал произведения символизирует стремление духа к божеству, единства бога и всего сущего, смерть как избавление от земных страданий. Если поэма-маснави «Книга советов» принадлежит к дидактической, наставленческой литературе и затрагивает основные морально-этические, нравственные проблемы суфизма, то «Антология святых» представляет свод сведений о выдающихся суфийских деятелях. Таким образом лирика Аттара многолика и имеет суфийскую окрашенность – проповедь аскетизма, отказа от своей воли, мистического прозрения, суфийского понимания вопросов тела и души. 1Шиммель А.-М. Мир исламского мистицизма / Пер. с англ. Н.И.Пригариной, А.С. Раппопорт. – М.: Алетейа, Энигма, 2000. – с.239; Торчинов Е.А. Религии мира: опыт запредельного. Психотехника и трансперсональные состояния. – СПб.: «Петербургское Востоковедение», 2002. – с.37-371. Так или иначе с суфизмом в разной степени были связаны и такие выдающиеся поэты-мыслители, как Низами Ганджави, Д.Руми, Амир Хосроу Дихлави, О.Хайям, Хафиз, А.Джами. Лейтмотивом в суфизме, суфийской литературе является концепция единства бытия, основоположником которого является Ибн ал- Араби. Согласно его концепции, Бог – это единственная сущностная реальность, абсолютное совершенство, в котором «утаены» все существу- ющие реальности, а наш мир – это плод Божественного стремления проявить себя и таким образом «увидеть собственную сущность». Ощущение вездесущности Бога, Его имманентности всему прекрасно выражено в газелях и рубаи Ибн ал-Фарида, Д.Руми, А.Джами, Хафиза, Физули, И.Несими и т.д. Эти чувства поэты выражали посредством различных символов. Они любили говорить об океане, о волнах, о пене и капле, которые каждый миг выглядят по-разному и тем не менее суть всегда одна и та же вода. Ибн ал-Араби Божественную сущность представляет в видениях как огромный зеленый океан, из которого возникают, подобно волнам, мимолетные формы, чтобы снова исчезнуть в бездонных глубинах. С ним соревновался Д.Руми, во многих стихах которого так же говорится о Божественном океане. Для него, как для великого представителя суфийской литературы, важно восприятие мира, его сущности глазами моря, т. е. Бога, а не оком пены, который символизирует мир феноменов, обыденности. В поэзии А.Джами образы моря, волны и пены иллюстрируют томление отдельной личности и самоуничтожение в Боге («Бытие – это древнее море, глубокое, бездонное»). У О.Хайяма капля становится жемчужиной лишь после того, как совершает путешествие из моря в облака, выпадая обратно домой каплей, преображенной в сокровище, которое не может жить без океана и все же отлично от него («Прощалась капля с морем»). В рубаи И.Несими капля и океан уподобляются друг другу, т.е. поэт возвеличивает человека, уподобляет его Богу и этим открывает дорогу к свободе действий, свободе мышления. Для иллюстрации единства и множественности бытия поэты прибегали и к другим метафорам. Мирза Галиб, Ибн ал-Фарид мир уподобляли осколкам зеркала, сделанного из одного и того же материала, но отражающим разные формы и краски. Сам момент познания Истины, соприкосновения с ней возникает неожиданно и подобен «ослеплению»1. У суфиев же ослепление часто ассоциируется с огнем, пламенем. Для передачи этих чувств Хафиз 1 Степанянц М.Т. Мир Востока. Философия: прошлое, настоящее, будущее. – М.: Восточная литература, 2005. – с.56.

Страницы:

Закрыть