Кулбахтина А.З. Традиционная школа мусульман Башкирии на рубеже XIX-XX веков. - Уфа, Изд-во БГПУ, 2012. Страница 60.

После первой революции была сформирована солидная законодательная база по вопросам «инородческого образования». За короткий срок было издано несколько законов: Правила «О начальных училищах для инородцев, живущих в восточной и юго-восточной России» (от 31 марта 1906 г.), «Правила» от 1 ноября 1907 г. и «Правила» от 14 июня 1913 г. Все они были составлены в духе обрусительной политики и подтверждали намеченный курс в вопросах национального образования. Правила «О начальных училищах для инородцев, живущих в восточной и юго-восточной России» ввели новые ограничительные меры, еще больше стеснявшие образование и воспитание мусульманских детей в духе исламских традиций и национальной культуры310. Согласно 2 пункту «Правил» начальные училища для инородцев имели целью содействовать их нравственному и умственному развитию и таким образом открывать им путь к улучшению их быта; распространять между ними знание русского языка и сближать их с русским народом «на почве любви к общему Отечеству». Обращает на себя внимание фраза «распространять знание русского языка». Составители «Правил» не преследовали цели распространения грамотности среди инородцев, в чем можно убедиться при более внимательном изучении документа. В разделе об общих положениях говорилось о необходимости в начальных училищах сохранить природное наречие, а «учителями или учительницами должны состоять лица, имеющие установленный образовательный ценз, притом непременно или инородцы того племени или русские, основательно знающие соответственное инородческое наречие»311. Однако в ряде пунктов «Общих положений» «Правил» предлагались меры, ограничивающие изучение и использование родного языка. Особенно категоричный характер имели пункты 9 и 13 «Правил». Оренбургский муфтий, обращаясь к Министру народного просвещения сообщал, что «в пункте 13 «Правил» содержится требование, чтобы учебные книги для народностей, имеющих национальный алфавит, печатались в двойной транскрипции. Мусульманское население видит в этом ни к чему не ведущее стеснение. Введение двойной транскрипции представляется бесцельным»312. Также он указывал на то, что мусульмане видят в этом требовании ограничение свободы пользования родным языком313. На что Министр народного просвещения Кауфман в своем ответе от 28 декабря 1906 г. писал, что: «пункт 9 «Правил» о порядке надзора к конфессиональным школам не относится, а в пункте 13 не имелось в виду обязательное введение во все инородческие училища книги, печатаемые в русской или двойной транскрипции»314. 310 Мусульманские депутаты. – С. 44. 311 Правила «О начальных училищах для инородцев, живущих в восточной и юго-восточной России» от 31 марта 1906 г. // Циркуляр по оренбургскому учебному округу. – 1906. – № 4–5. – С. 267–276; Казанская газета, 1906 г. – № 43; ЦГИА РБ. – Ф. И-295. – Оп. 6. – Д. 1115. – Л. 1. 312 ЦГИА РБ. – Ф. И-295. – Оп. 6. Т. 1. – Д. 1115. – Л. 49. 313 Там же. – Л. 49 об. 314 Там же. – Л. 50.
Закрыть