Бельские_просторы_№9_(20_сентября_2017). Страница 87.

86 Проза не произошло. Но что лучше и когда лучше, это ещё думать надо. В общем, сразу на повороте возле автопарка не спрыгнул, замешкался. Прыгнул позже и, возвра- щаясь, повернулся по инерции посмотреть на уезжающую попутку. В это время «газон» и въехал в перенос по самое не хочу. Его рассказ о случившемся дошёл до дежурного по автопарку, и тот незамедлительно поднял ГТТ и снегоочиститель. Спереди объехать не получилось, зацепили и дёрнули сзади. Без лопаты не обо- шлось. К тому времени тент шишиги торчал из снега уже наполовину. Метель не закончилась, а продукты на камбуз доехали в сопровождении снегоочистителя и ГТТ вовремя. Ночь первого дежурства начиналась весело.

Двери открыл Мишка. Неожиданно. Лицо его, исхудавшее и осунувшееся, по- плыло в какой-то старушечьей масляной улыбке.

– Ви-та-ля. Слыхал, слыхал, заходи.

– Как вы тут? – Запахиваемся. Сам увидишь. Иди, перекуси, там Ахалая приказал тебе мяса пожарить.

– Ни фигасе, почести.

– Давай, давай, давай, давай, – зачастил Мишка, – пока горячее.

– Не, сначала расставлю своих. Три минуты ничего не решают.

– Из наших ты первым в дежурные. Блин.

– Кончай, да. Я что? Не заболей Олейников, дрючил бы сейчас центральную палубу, как миленький.

– Ты чё, не врубаешься? Отстоишь сутки как надо, простым нарядчиком больше не поставят. Давай, – Мишка сжал кулак, – мы за тебя. Потом к плите сразу. Ну, правда, остынет всё. Из варочного цеха сначала совсем тихо, потом нарастая, послышался голос Ахалаи: – Биджё, биджё, биджё, биджё, бидж-ё-о! Мимо пролетела тень. – Ну да, – предвосхищая вопрос, кивнул Мишка, — Джура. Ахалая его так зовёт – Биджо. По-нашему, мальчик. Я, честно говоря, не понимаю, как он его слышит. Там, где мы спим, вечно гудит мотор. Во-от такущий, – он развёл руками, – ухом к нему. А ещё по лестнице под самый потолок. Не понимаю. – Ладно, я сейчас.

– Заболтал, понимаю. Ну, ты веселей, ага?

Когда все разобрались по наряду и уговорились при любой возможности по- могать друг другу, Виталик потопал к плите, где его уже ждал Ахалая. – Зема, давай пакушай. Садысь, гаварыть будим. Как мама? Как дома?

– Нормально, спасибо.

– Мне мама письмо писал. Этот году виноград очен, очен много. Сладкий. Арэх много. Чурчхел делали, вино. Ахалая замолчал, уставившись в одну точку и сидел так с минуту. Когда он снова посмотрел на Виталика, в его глазах блеснули слёзы. Он сощурился, выдавил их и куда-то в пространство произнёс: — Домой надо. Всё, здес устал. Виталик молча слушал и с удовольствием ел, подцепляя вилкой с противня одну за другой тонкие лепёшки мяса, обжаренные с луком. – Туда квацарахи нада, – показал на мясо мингрел, – будет совсем харошый. Думаешь, Ахалая всегда такой? Неправилна думаешь.

И кок рассказал, как ему доставалось, когда он попал на камбуз после каранти- на. Так же, как и Мишка с Джурой, он не имел своего места и койки в кубрике. Спал
Закрыть