Бельские_просторы_№9_(20_сентября_2017). Страница 35.

34 Проза – Может, в душ пошел? А-а, это уже Николай. Голос серьезный, но беспокойный. Про душ Даут, кстати, не знал.

– Ладно, подпишет вечером, у нас одиннадцать подписей уже есть, хватит, наверное, – нетерпеливо оборвала его болтливая хохотушка Люба. Она в команде самая молодая туристка. Ей бы лишь петь да танцевать, видимо, и сейчас рвется на веселье, даже стоять на месте спокойно не может. – Давайте начнем быстрей, не придет – так к черту его!

«Да пошли вы все!» – Даут вдруг отшатнулся от двери, в голову ударила кровь. Ишь, жалобу накатали, в партком даже! При разборе полетов коммунисты уби- вают друг друга не руками, а словами. Все наслышаны. Если Даут поставит свою подпись, то станет таким же прохвостом, двенадцатым предателем, стукачом! Лжесвидетельство, наговор на человека – одни из самых тяжелых грехов, твердила бабушка всегда, наравне с воровством. Ведь видел же Даут, что злополучная бай- дарка на мелкой воде сама легла на бок. Когда Раян Баянович выпрыгнул из нее, только тогда и перевернулась. Николай, Владимир и их дружки с самого начала точили зуб на Доцента, но главный сыр-бор начался с воровства бедной овечки. Решили очернить честного преподавателя за то, что тот позволил себе осудить шайку воришек?

Да пошли вы к черту, как сами выражаетесь! Не будет никакой двенадцатой подписи, не дождутся! Завернув в газету полотенце и мыло, Даут, стараясь не шуметь, осторожно вышел из комнаты, и, боязливо озираясь по сторонам, по- шел по длинному коридору в поисках душа. И неожиданно наткнулся на самого Раян Баяновича. Глаза преподователя показались покрасневшими. Плакал? Или оттого, что много курил? – Куда поскакал, спортсмен?

– В душ, если...

– Работает, я недавно помылся. Пусть хоть тело твое очистится. А вот грязь души как будешь смывать? – Мужчина смерил парня тяжелым испытывающим взглядом.

– Не говори так, агай! Я на прощальный вечер не пойду. И подпись не поставлю. Не хочу быть подлецом и предателем! – торопливо выпалил Даут.

Лицо Доцента посветлело. – Молодец, парень, молодец! После душа приходи ко мне, в крайнюю семейную комнату, ладно? Мишарку мою, супругу, заодно увидишь. Через час жду, разговор есть серьезный. – И, не дожидаясь ответа, зашагал дальше по коридору, посмотрев на часы на руке. После душа, надев дешевую, но в те годы очень модную черную сетчатую ру- башку, Даут отправился в гости. В комнате Доцента пахло скипидаром. – Холодно было в той пещере, Солнцегоре или как там еще... Поясница поба- ливает, поэтому супруга мажет скипидаром, – пояснил хозяин.

В комнате было четверо: Раян с супругой, худенькая девочка лет семи и ее полненький братишка. Златовласый мальчик, похожий на мать, неспокойный, не хочет одеваться, брыкается, сестра не может с ним справиться. Успокоился, когда отец строго погрозил пальцем. – Вот от этих непосед убегая, после защиты диссертации записался я в команду байдарочников. Отдохнуть хотел... М-да… Отдохнул называется… Одно не пойму: неужели двадцать здоровых, образованных людей оказались такими недоумками,
Закрыть