Бельские_просторы_№9_(20_сентября_2017). Страница 162.

153 Юлия Гареева под могучим влиянием денег понемно- гу накоплялся в столицах»5. Развивался огромный слой так называемой низовой литературы, творимый выходцами из народа и для народа же. Писатели эти брали за образец уже опробованную и полюбившуюся их адре- сатам форму лубка. А содержанием их произведений были, конечно же, разно- образные невероятные приключения и похождения.

В то же время писательское мастер- ство в России стало превращаться в про- фессию. В нашей стране коммерциали- зация медленнее охватывала писатель- ский цех, чем в других, менее охотно шло смешение «низовой» и «настоящей» литературы. Не последнюю роль в этом сыграла поздняя отмена крепостного права, существование которого позволя- ло писателям-помещикам пренебрегать гонорарами. Аркадий Ваксберг приводит такой факт: «…когда историограф и лето- писец Александра I академик Шторх стал выяснять социальный состав русских ав- торов, проявивших себя в литературе за первое пятилетие девятнадцатого века, оказалось, что среди них было десять князей, шесть графов, три министра, два посланника, шесть архиепископов – и так далее… Жить за счёт книг они, ко- нечно, не собирались. А собравшись, не смогли бы: читателей было мало, тиражи книг – ничтожными; подчас требовались годы, чтобы разошёлся самый куцый тираж»6. Любопытно, что одним из пер- вых русских писателей, сделавших ли- тературу профессией, стал А.С.�Пушкин. Появление первого великого русского поэта совпало с нарождением на Руси условий, при которых литература неиз- бежно становилась ремеслом, дающим доходы, а издание книг – особым видом предпринимательской деятельности. Но (это важно отметить!), хотя многие хо- рошие российские литераторы стреми- лись в коммерческих целях следовать читательским вкусам, всё-таки важным атрибутом ремесла считался обратный процесс – формирование вкуса читателя.

Романтизм как литературное на- правление остался в XIX веке, однако его эстетика оказалась очень живуча и в мировой литературе, и в отечественной. Необыкновенные личности, из которых «гвозди бы делать», весь ХХ век шли по страницам книг сквозь необычайные со- бытия революции, Гражданской войны, Отечественной… Они покоряли тундру, тайгу, да что там – сам космос! Сражались с белыми, с красными, с фашистами, с преступниками, с гоблинами… И, раз- умеется, отлично прижились в самом массовом виде искусства – в кинематог- рафе.

А к началу XXI века из серьёзной ли- тературы настоящие герои ушли. Мас- совая литература штамповала наделён- ных самыми невероятными качествами, действовавшими в самых невероятных декорациях, картонных персонажей, от которых воспитанный на хорошей книге читатель справедливо отворачивал взор. Многие «серьёзные» писатели, стесняясь пафоса, начали смотреть вниз – на собст- венный пупок и то, что под ним. Но постепенно, уже в новом каче- стве, в современной литературе начали возрождаться романтические традиции – серьёзные писатели начали повест- вовать об исключительных личностях в экзотических обстоятельствах. На при- лавках книжных магазинов появились исторические и криминальные романы Алексея Иванова и Леонида Юзефовича, блестящие исторические стилизации Во- долазкина, «Обитель» Захара Прилепина и его же «боевики»… Уже абсолютно по лекалам приклю- ченческого романа скроена книга прош- логоднего лауреата основных российских литпремий Гузели Яхиной «Зулейха от- крывает глаза». В ней – и условно исто- рические декорации, и «дикий» край, и героиня, расстреливающая с ходу стаю волков, выкармливающая, как в сказках, сына не молоком, а кровью… Тем не менее, роман Яхиной одноз- начно рассматривают как факт «высо- кой» литературы. 5 Чуковский К.И. Собрание сочинений в шести томах. Т.5. Люди и книги. – Москва : Художественная литература, 1967. С. 353.

6 А. Ваксберг. Но можно рукопись продать. В кн. // Ваксберг А.И. Не продаётся вдохно- вение. – М.: книга, 1990. С. 14.

Закрыть