Бельские_просторы_№5_(19_мая_2017). Страница 83.

82 Проза школа – тюрьма – работа на благо социалистического общества. Ну, я немного пе- регнул. Из-за Клавдиши. В тюрьме сидели далеко не все. Многих успевали забрать в армию. Оттуда возмужавшие мальчишки возвращались радостными и счастливыми, со значками на гимнастёрках – предметом зависти ребятишек. Потом трудоустраи- вались, заводили семьи и терялись в обыденной жизни. Многие выпивали и сгорали, как Наилька с Валеркой. И не было среди них ни одного путешественника. Я должен был стать первым. Конечно, думалось мне, в походе я повзрослею – сразу и навсегда. Папа говорит, что билет «туда», то есть до Краснодара, для меня сейчас детский, а «обратно» будем брать уже взрослый, потому что очередной день рождения я встречу на Кавказе. Двенадцать лет – прекрасный взрослый возраст. Ещё недавно я завидовал большим мальчишкам – героям моих детских книг и семиклассникам из нашей юматовской школы, таким как Шах или Васька. Теперь, пацаны, завидуйте мне! Потому что лю- бой путешественник имеет некоторые преимущества перед обычными смертными. Он владеет приёмами выживания в экстремальных условиях. Он знает, как разжечь костёр с помощью всего лишь одной спички, и может сам приготовить себе пищу в небольшом алюминиевом котелке. Он не растеряется в ненастную погоду – укроется специальным плащом с капюшоном в дождь, снег и ветер, а если будет совсем туго, достанет из рюкзака топорик и построит себе шалаш из веток. Все прелести поход- ной жизни я изучил по специальным открыткам для туристов, которые купил мне отец, и теорию знал на «отлично», оставалось ещё набраться практических навыков. * * * Самолёт Ан-24 выглядел так, как я его и представлял по книжкам. Удобные мягкие кресла и стюардесса. Стюардесса была всего одна, как мне теперь кажется. По крайней мере, запомнилась только та, которая с удовольствием общалась с пассажирами и улыбалась нам. Пассажиры заметно нервничали, я это почувствовал сразу. Думаю, что они боялись. Особенно беспокоился смугловатый на лицо мужик, напоминавший героев индийских фильмов. Если приглядеться – вылитый Радж Капур, у него даже шляпа такая же – нелепая мятая федора, которую он и не думает снимать. Только Капур – всегда весёлый и как будто бы бесшабашный парень, а этот нервный какой- то. Задница так и ёрзает в кресле. Он мне почему-то не понравился. Если честно, я сейчас немного побаиваюсь летать, а тогда даже не задумывался о страхе. Ведь летит же папа и не боится, а значит, и мне нет необходимости беспокоиться. Ведь он-то точно знает, что следует делать, а чего нет. Стюардесса шла по салону, проверяя, все ли пристёгнуты, а пассажиры, скрывая волнение, пытались с ней шутить. Она весело и непринуждённо отвечала им. Радж Капур надоедливой мухой прицепился к стюардессе и тоже её о чём-то спросил. Только вид у него при этом был не шутливо- придурковатый, как у остальных, а напряжённо-трагический. Казалось, его что-то не устраивает в тесном пространстве между креслами, а что, он и сам не знает, и поэтому злится.

– Это вы у Антонова спросите, – ответила стюардесса на его сердитую реплику, и все вокруг засмеялись над недотёпой Капуром.

Я не нашёл в её ответе ничего смешного и сделал вывод: люди, когда боятся, смеются над несмешными вещами. А сосед наш обиделся и нахохлился. «Как нашкодивший воробей, – подумал я, глядя на него. – Так могут вести себя школьники, хотя бы и старшеклассники типа Хамита, но никак не взрослые».
Закрыть