Бельские_просторы_№5_(19_мая_2017). Страница 21.

20 Проза – Что вы хотите?

Я повторил. Женщины молча переглянулись. Я показал членский билет Союза Писателей. Посмотрели небрежно, и одна из женщин сказала: – Что вы хотите нам этим сказать? Да эти корочки можно купить в любом метро.

Тут я повысил голос: – Как вы можете! Я воевал! Я хотел написать о нашем боевом пути, а вы оскор- бляете меня.

И тут подошел милиционер. Проверил документы и сказал: – Если пришли писать, то ведите себя как следует. Здесь вам не базар.

А я, бросив: «Моей ноги здесь больше не будет!», пошел к выходу.

До сих пор думаю: «Почему эти женщины в центре Москвы, в храме науки не поверили мне, когда я сказал, что писатель». И вот совсем недавно в Литфондовской поликлинике я увидел знакомое лицо. Некая Ванникова была в СОВПИСе моим первым редактором. К этому времени я уже был известный писатель, мои повести и рассказы печатались «за бугром». А много лет назад эта Ванникова, находя ошибки в моей рукописи как-то с издевкой показывала мне на них, не знала, что я окончил только семь классов деревенской нерусской школы, да еще два года в Москве учился в вечерней. Увидев меня в поли- клинике, Ванникова удивила меня вопросом: – Как вы сюда попали?

Я сказал, что я уже давно член Союза писателей, она почему-то отвернулась и отошла.

Когда помру, я хотел бы, чтобы на моей могиле была такая эпитафия: «Прохожий, остановись, здесь покоится непохожий».

ОБИДА Есть народное поверье: «Слезы обиженного перельются не к обидчику, а к его детям и внукам». Я отношусь скептически ко всякого рода поверьям. Но с годами, часто задумываясь о сложных жизненных проявлениях, стал с удивлением обнару- живать прозорливость народного сознания. Только на примере судеб людей из моей родной деревни могу привести несколько случаев, которые, конечно, можно отнести и к метафизике. Вот Сабуровы. Сабуров Ярулла и его дети, внуки. Сабуров Хайрулла – народный судья, судил несунов колхозного добра. Говорят, больше года не давал. Мог бы оправдать женщину, унесшую с колхозного тока для голодных детей полкило пшеницы. Видно, в то суровое время, особенно в годы войны, не смог. Но грешен он был в другом. В тридцатом году он был самым активным раскулачивателем так называемых кулаков и середняков. Раскулачил в том числе и мою бабушку.

Она и умела проклинать своих обидчиков. Не только ее слезы, но и других «ку- лаков» и середняков перетекли на детей и внуков Хайруллы. Внучка, дочь старшего сына, родилась без мозгов и до сорока лет пролежала в постели. Только ела, если кормили, и только улыбалась. Каково было видеть её растительную жизнь бабушке и матери. Несмотря на карьеру и достаток советской элиты, девочка для родителей была Божьим наказанием. Две дочери Хайруллы всю жизнь мучились в неудачном замужестве – мужья спились. Также младший сын не видел счастья и рано умер.

Второй раскулачиватель – Абисалям – из команды деревенских оголтелых боль- шевиков после войны решил не возвращаться в родную деревню. Умер в Магнито- горске. В деревне у его сына родился также безмозглый сын. Всю жизнь, прожил в
Закрыть