Бельские_просторы_№12_20_декабря_2017). Страница 199.

190 Круг чтения несколькими годами позже был освящён главный храм губернии – Воскресенский кафедральный собор, давший улице на- звание: изначально улица именовалась Фроловской, в советское время она стала Тукаевской (Тукаева). Кроме того, на Вос- кресенской улице располагались учебные заведения двух конфессий – Епархиаль- ное женское училище и медресе «Усма- ния». Да и сегодня именно на Тукаева на- ходятся Дом республики и ЦДУМ России.

К чему я это говорю? А к тому, что в Уфе никто и никогда не знавал немного отдающего канцелярией слова веротер- пимость, потому что нужды-то в нём попросту не было. Действительно, как можно строить отношения с соседом, другом или, например, с женой, основы- вая всё на слове терпеть? Особенно если на первом месте не стоит уважение. Вообще говоря, Уфа, Уфимская гу- берния и позже Башкирия, особенно по- следние лет сто пятьдесят – двести были маленькой моделью многонациональной России. Здесь не просто сосуществовали, а вместе жили, учились, работали люди самых разных национальностей и верои- споведаний. Взять хотя бы длинный спи- сок фамилий уфимских купцов: Чижов и Ахтямов, Блохин и Шамгулов, Алексеев и Хакимов, Скрипов и Акчурин, Ларионов и Хазмитев, Кузнецов и Назиров. Больше половины депутатов Государственной думы от Уфимской губернии имели тюрк- ские фамилии. Может, именно в связи со всем этим исторически сложилось так, что в нашем крае сто лет назад нача- ли зарождаться основы федерализации страны? Но вернёмся к фотоальбому.

Можно было бы предположить, что в юбилейной подборке будут в основном видовые и жанровые снимки. Да, таких фотографий в журнале, разумеется, мно- го. Но Стрижевский изменил бы себе, если бы не украсил альбом десятками фо- топортретов. Здесь мы увидим народно- го поэта Башкортостана Марата Карима, выдающегося артиста балета и педагога- балетмейстера Хашима Мустаева, ректо- ра иранского института «Хикмет Увейс Карани» Али Мудаббира, председателя Попечительского совета мечети Фидуса Ямалдинова, композитора Афарима Ак- чурина, муфтия Японии Нигматуллу Иб- рагима и многих-многих других людей, как известных, так и простых прихожан мечети. В случае необходимости автор ис- пользует и работы, в первую очередь репортажные снимки, коллег-фотогра- фов, имена которых он приводит в конце журнала. Есть в альбоме и великолепные уфимские виды, нашлось в нём место и для изящных фотозарисовок. И всё же главные герои журнала – люди. С особым чувством автор показывает ветеранов войны, есть в альбоме снимки и совсем молодых парней и девушек, нашлось, конечно, в нём место и для тех, кто сво- им долгом считает помочь слабому и немощному, и благодаря кому мечеть живёт и развивается. Ну а великолепный снимок смеющейся старушки, к кото- рой молодой ещё фотограф Стрижевский обратился со словами «Мин сине яратам, кугарчыным минем» («Я тебя люблю, голубка моя», – их, полагая, что Стрижев- ский будет фотографировать только мо- лоденьких девушек, подсказал ему Рами Гарипов), уместен, пожалуй, практически в любом фотоиздании.

Из фотоальбома В. Стрижевского
Закрыть