Бельские_просторы_№12_20_декабря_2017). Страница 144.

135 Ринат Камал его не удержать, он и разговаривать с тобой больше не станет, а твердым шагом направляется к кабинету Агзамова.

Что Мухлис, что Агзамов – оба они любят постоянно поучать ее: «Будь акку- ратней в обращении со старшими, проявляй к ним особое внимание». Нажия понимает эти намеки и потому делает вид, что молчаливо соглашается.

10 Мухлис все равно настоял на своем: включил в программу передач радио- инсценировку Хидията Максютова под названием «Суд». Они уже провели от- дельную передачу, посвященную 60-летнему юбилею писателя, но, как видно, этого показалось ему мало: пришлось еще передавать и его рассказы. «Неужто агай до такой степени талантлив?» – все удивлялась Нажия. Отмечать юбилеи – это традиция, тут не возразишь... Когда главный редактор взял под свой личный контроль подготовку материала для юбилейной передачи, она поначалу с облег- чением вздохнула, мол, «баба с возу – кобыле легче», и только потом до нее дошло. Максютов же земляк Мухлиса, они, говорят, из одного района – вместе родились и выросли. Не поддержать, не взять под свое покровительство земляка – такое не годится! Авось и самому в будущем он пригодится. Если возникнет нужда выпустить книгу или сборник рассказов для детей в издательстве – веское слово пожилого писателя сыграет свою роль. Земляк земляка не поддержать не может. Так уж устроена жизнь: чувствовать локоть друг друга, идти по жизни, держась за руки, вместе, не забывая при этом принцип «ты – мне, я – тебе»! Мухлиса учить этому не надо, он все делает расчетливо, тщательно взвешивая все «за» и «против», учтет, насколько крепок его тыл и какие могут быть последствия для него лично. Его в дырявую лодку не затащишь.

В тот раз Нажия не стала выступать против, надеясь на то, что Мухлис сможет, если на него найдет вдохновение, написать сносный очерк. А тот ограничился кратким описанием основных вех биографии писателя, а потом предоставил сло- во остальным трем участникам передачи. Они по очереди пропели дифирамбы, чем все и завершилось. Такие передачи и раньше, бывало, редко услышишь, а теперь ораторское искусство поднялось до очень приличного уровня и требования к литературным передачам резко возросли. А Мухлис тем временем продолжает гнуть свою линию.

В тот раз Нажия переживала очень сильно, но сумела промолчать, махнула рукой: мол, если понравилось самому Максютову, то ей наплевать, ей все равно. Но сейчас выдержки у нее не хватило: – Ведь передали сначала получасовой очерк, потом чуть ли следом – его самый последний рассказ, что еще надо? Не слишком ли жирно будет?

– Ладно тебе, Нажия, 60 лет – один раз в жизни бывает, не известно, доведется ли ему отмечать свое 70-летие, – попытался Мухлис погладить ее по шерстке.

– Мы не обязаны отмечать юбилеи каждого, в противном случае радио прев- ратится в эфир для юбилеев. Тематика «Суда» безнадежно устарела, современным требованиям совершенно не удовлетворяет.

– Ты слушала запись?

– Не слушала бы – не говорила. Написано с устаревших позиций, ничего не случится, если стереть эту запись.

– Ты смотри, сама перестала, похоже, ушами воспринимать то, что языком молотишь? Уничтожать записи, хранящиеся в фонде! Гляди у меня! – Мясистая
Закрыть