Бельские_просторы_№12_(16_декабря_2019). Страница 99.

98 Совет молодых литераторов: проза — Лица я не видела.

— Что он тебе сделал?

— Да ничего дурного, из леса вывел. Ты знаешь его?

Я сегодня всю ночь силилась вспомнить хоть что-то, чтоб разъяснить себе произошедшее. Но не смогла. Бабушка подняла взгляд к потолку.

— Как не знать. Только он не здешний вовсе. Тебе, значит, тоже помог.

У меня по спине мурашки пробежали. Я мочала, ждала, когда бабушка начнёт рассказ.

— Бабка моя его видела. Я тогда только понёву поверх рубашки носить стала. Корова у неё как-то от стада отбилась да в лес и забрела. Бабушка её семь дней искала. Одна в лес ходила: утром выйдет, к вечеру возвращается, и так каждый день. Вот на седьмой день совсем отчаялась найти пропажу. Я предложила её сменить, хоть бабушка у меня ох и прыткая была, росточку маленького, лицо с кулачок, а ловкая, юркая была, да ноги у неё болели. Говорит: «Пошли, Агния, только со мной да от меня не отходи». И то верно, всякое в лесу случается. Идём мы, идём. Там ручеек тёк, бабушка говорит: «Это ключ гремячий, коли до него добрались, давай омоемся». Вода-то холодная, я замерзнуть испугалась, не пошла. Тогда бабушка сама пояс развязала, одёжу сняла, говорит мне следить за платьем. А я не углядела: мешочек у неё был с собой, из-за пояса выпал, я думала, вот ба- бушка омоется, я его подниму и ей отдам. Да пока её ждала, забыла, память-то девичья. Когда дальше пошли, тут чудеса и начались. Слышу, будто колокольчик звенит. А у нашей коровы тогда звоночек на шее был, его дед откуда-то привёз да бабке подарил, а она корове- кормилице повесила. Мы обрадовались, думали, ну всё, нашли пропажу! А из-за сосен парень выходит. Точь-в-точь, как ты описала: беленький, тоненький такой и в одежде небелёной. Молчит. Я только рот открыла, чтоб спросить, кто таков, а бабушка моя как вскрикнет голосом нечеловеческим, а птичьим да на весь лес. Я испугалась, обхватила её, она в слёзы и к парню этому. Парень смолчал и исчез, зато корова наша появилась живая и невредимая. Бабушка так и упала на месте, я всё вокруг обежала, думала, куда парень делся, но не было его, как сквозь землю провалился. Всю обратную дорогу мы с ней молчали. У дома не выдержала, спрашиваю: «Кто это такой был?» Она отвечает, а у самой слёзы катятся: «Брат это мой». А брат-то у неё умер ещё мальчишкой. Все у неё тогда умерли, в грозу всё селение смыло. Потом, когда бабушка мешочка своего кину- лась, я узнала, что оберег это был, и увидели мы с ней парня потому, что оберег потеряли. Вот так, выходит, не брат это её был, а злой дух. Она потом всё плакала, плакала, в лес ходила, думала увидеть его, да не пришлось больше, так от горя и умерла. Я тогда думала, что уж брат-то её давно умер, она сама уж старухой была, пора бы и забыть. А не забыла. Вот как любила она его. Вон сундук бабкин стоит, – она кивнула в угол, – так это он делал. До сих пор не рассохся.

У меня от страха в животе заледенело. Так это он был? Сколько лет-то прошло, а всё мальчишка?

— Так-то, Радка. Не ходила бы ты в лес, коли он тебя заприметил. Я тебе плакун- травы дам, всегда с собой носи. Мало ли. Давно не видели мы его. Он, может, и не злой, да пусть уж лучше не кажется больше.

Наступил новый день, озолотил землю, вновь от света и росы вздохнули луго- вые цветы, раскрылись лепестки, пронизанные ночным холодом. Взлетели стре- козы на лёгких крыльях, тонкие ветви рябины стряхнули ночную влагу и устреми- лись к небу, защебетали птицы, птенчики этого лета на хрупких крыльях взлетели над молодыми берёзками, замерцала листва, обдуваемая ветром. Всё проснулось в лучах нового дня. Те видения смерти прошлой ночью в лесу, сковавшие леденя-
Закрыть