Бельские_просторы_№11_17_ноября_2017). Страница 104.

103 Виктор Кузьменко и сушей, он встречал и провожал всё новые и новые грузы, без которых гарнизон и его обитатели не смогли бы превозмочь долгую и суровую зиму, а главное, вы- полнить задачу, ради которой существовала Девятка. Все как один это прекрасно понимали и потому безропотно принимали непомерную тяжесть на свои плечи. В один из дней на берег сошли командировочные вэвэшники. Отутюженные, надраенные и блестящие, как у кота нос, они прошагали к отведённому для них старому штабу и появились только вечером на камбузе. В глаза бросались голе- нища остроносых хромачей, собранные в гармошку. Когда кто-то из вэвэшников проходил рядом, сапоги приятно поскрипывали. Прибыли и морпехи. В чёрных, чем-то напоминающих танковые робах, в необычно коротких сапогах и чёрных беретах они резко выделялись на общем фоне. На тельник-майках пехотинцев вместо синих полос – чёрные. Всё не как у людей, но красиво. Шестеро бойцов, при них техника: три похожие на корыта ПТСки с откидным задним бортом, оборудованным аппарелями. Для морпехов нашлось место в одном из ротных кубриков – их безоговорочно приняли за своих. Ребята были компанейскими, рас- сказывали о своей службе на материке, интересовались всем, чем интересоваться не следовало. Они подозревали, что скоро сами станут частью происходящего на полигоне, но знать заранее как-то лучше.

О том, что назавтра предстоит ответственная разгрузка, предупредили на ве- чернем построении. Чикин – редкий посетитель матросского обиталища – ради такого случая снизошёл со штабных небес. Он выглядел посвежевшим после не- долгой командировки на большую землю, но в свои сорок шесть для пацанов всё равно оставался дремучим стариком.

– Убедительная просьба: не занятым непосредственно в завтрашнем меро- приятии на глаза не лезть, – подытожил своё обращение Чикин. – Не создавать помех движению. У каждого свои дела, вот и прошу посвятить себя им. Увижу праздно болтающихся, накажу лично.

Он проходил вдоль строя, едва касаясь взглядом стоящих, и вдруг начштаба точно током ударило. Чикин остановился и резко повернул назад. Поравнявшись со Штягиным и глядя тому прямо в глаза, он срывающимся голосом скомандовал: – Выйти из строя! Не-мед-ленно!

Штягин сделал два шага и развернулся лицом к стоящим: – Старший матрос Штягин.

Комплексы, комплексы. Кто не подвержен хоть какому-то комплексу, пусть запустит в меня кирпичом. С детства невидимой тенью стелются они за челове- ком, куда бы тот ни направился. Глянешь: где, какие комплексы? С самим собою всё на мази, да и с другими тоже. Жизнь складывается лучшим образом – дела, дом, увлечения. Но это только с виду. У каждого свои скелеты в шкафу. Полные мечтают похудеть, худые – поправиться; у одних нос картошкой, у других уши торчком. Да мало ли? Кто-то идёт по жизни с целым букетом комплексов. Слабого так и накроет, не успеешь разглядеть, кто был. У того, что посильнее, букетик по ходу редеет и вянет, но чтобы совсем избавиться от этого добра… так не бывает. Случается, комплексы помогают человеку подняться высоко, и часто случается. Жаль, только на время. Чикина угнетал маленький рост. С детства его дразнили коротышкой, недомерком, карликом и другими обидными словами. Из-за роста он всегда был объектом грубых насмешек. В юности его нельзя было назвать тщедушным или хилым, но на то, чтобы приструнить обидчиков, сил Чикину недоставало. Для войны, а она гремела совсем рядом, он не годился по возрасту. Пытался пару раз рвануть на фронт, но так и не доехал. На первой же станции отлавливали и возвращали домой. Обида на всех и за всё, а ещё больше ощуще-
Закрыть