Бельские_просторы_№08_(07_августа_2019). Страница 37.

36 Проза — Войдите.

— Здравствуйте.

В�дверях появились мужчина и�женщина. Муталлап никогда до этого не видел их. Неужели мама ждала именно этих людей, которые кое-как объяснялись на башкирском, коверкая слова? Кто они? Зачем пришли? В�голове мальчика кру- тились эти вопросы. Они хоть принесли гостинцы?

Тут пронзительный писк цыпленка отвлек Муталлапа от раздумий и�заставил подбежать к�кровати. Черненький птенец изо всех сил пытался подняться на лапки.

— Ты хочешь пить? — Муталлап поднес клюв цыпленка к�своим губам, пы- таясь напоить ее слюной. Он привык так «угощать» только что вылупившихся из яйца птенцов. Они утоляют жажду, шевеля клювиками. Но черный цыпленок почему-то не захотел пить слюну, не стал даже разжимать клюв. Муталлап положил его обратно в�шапку и�осторожно выглянул на кухню из-за печки. Незнакомцы пили чай, жадно поглощая испеченные мамой блины. При этом разговаривают на каком-то незнакомом для Муталлапа языке, с�довольным видом поглядывая друг на друга. Но почему у�мамы такой растерянный взгляд? И�отчего она такая бледная, глаза глубоко запали, а�губы кривятся, словно она готова расплакаться? Эх, Муталлап сразу нашел бы ответ на свои вопросы, если�б ему не было всего пять лет. Но пока он очень мал… Маленький… После долгой беседы те люди поднялись из-за стола и�вышли в�большую ком- нату. Взглянув на часы на стене, мужчина сказал: — Время! Как бы не опоздать, нам нужно домой. Пусть Сагира-ханум при- ведет малайку.

— Да, дорогая Сагира, нам пора в�путь. Вот только Муталлапчика заберем… — Это был голос той женщины. Она вручила Сагире довольно увесистый сверток. Из всех слов, произнесенных женщиной на непонятном языке, мальчик разобрал только свое имя.

Муталлап не узнал маму, когда она вошла в�спальню. Она была словно замо- роженная вроде ледяного столба. Глаза стали прозрачными, как речной тонкий лед по осени, лицо белое, а�руки холодные, как будто она зимой без варежек на улице ходила. А�голос?! Голос холодный и�чужой до мурашек по телу.

— Идем, одевайся, надо идти, сынок!

— Куда, мама? Куда мы идем? Ты возьмешь меня в�гости к�бабушке?

— Нет, ты уходишь один! Тебя забирают с�собой вот этот дяденька и�эта те- тенька. Они будут твоей семьей.

Муталлап стоял ошарашенный. Холодный голос матери, как будто она обраща- лась к�чужому человеку, ее слова о�какой-то новой семье показались ему шуткой. Услышав слабый писк, он обернулся к�кровати и�увидел, что цыпленок в�шапке лежал на одном боку и�сильно вытянул лапки. Глаза у�птенца были закрыты, он дернулся едва заметно и�замер. Муталлап притронулся к�нему и�вздрогнул — тело цыпленка уже остыло и�закоченело.

— Он сдох, положи его и�пошли, — скомандовала мама и�бросила цыпленка в�шапку, выхватив его из рук сына. Затем взяла мальчика за руку, вывела в�боль- шую комнату и�вложила пальцы ничего не понимающего Муталлапа в�шершавую ладонь незнакомой женщины.

— Вот Муталлап, теперь он ваш сын, — сказала она и,�резко развернувшись, ушла в�спальню.

— Ну, Муталлапчик, айда домой.

Мальчик вырвался из шершавых рук и�побежал к�матери.

Закрыть