Бельские_просторы_№08_(07_августа_2019). Страница 203.

194 Театр лосом, совершенной дикцией, ярким темпераментом, высоким актерским мастерством».

Кстати, он был первым исполните- лем партий Пугачева («Салават Юлаев» Исмагилова), Голландца («Летучий гол- ландец» Вагнера) и�Клода Фролло («Эс- меральда» Даргомыжского).

Пятидесятые годы. Уфимцы живут без мобильников, компьютеров и�теле- визоров. Но у�них есть книги и�театр. Есть свои кумиры. В�оперном — Петр Кукотов и�Александр Сутягин. Участие в�спектакле этих артистов гарантиро- вало ему успех.

В�1955�году на Декаде литературы и�искусства Башкирии в�Москве респу- блика показала себя с�наилучшей сто- роны, продемонстрировав богатство и�разнообразие многонациональной культуры. Ведущие актеры получили очередные почетные звания и�заманчи- вые предложения.

В�оперном были потери. В�Ташкент уехал превосходный баритон Михаил Труевцев, Александр Сутягин отбыл в�Ленинград, где был принят в�прослав- ленный коллектив Малого оперного театра. Мне довелось видеть Алексан- дра Сутягина, что называется, в�нефор- мальной обстановке. В�тысяча девятьсот пятьдесят каком-то году в�Башкирском оперном театре шла «Аида» Верди. Од- нажды на спектакль, заполнив до отказа балкон и�галерку, примчались учащиеся авиационного техникума.

На следующий день артисты пришли к�будущим конструкторам и�технологам потолковать об «Аиде» и�дать концерт из оперных арий. Среди гостей были исполнители главных партий Петр Ку- котов (Радамес) и�Александр Сутягин (Амонасро). Была и�артистка, которая пела Аиду (ее�имя я�не стану называть). Один из учащихся, наивный, просто- сердечный парень, отправил певцам за- писку. Ее прочитал Александр Сутягин. «Стоило ли предавать родину и�жерт- вовать собой ради Аиды, которая так себе?» — спрашивал юнец, имея в�виду крупные габариты эфиопской прин- цессы. Тут надо сказать, что актриса, исполнявшая роль Аиды, как певица проявила себя с�наилучшей стороны. Но вот поди�ж ты — учащемуся уфимского авиационного техникума понадобился тонкий девичий стан.

Сутягин прокомментировал эту кра- мольную записку так: «В�опере главное — музыка, голос, и�нашу Аиду не в�чем упрекнуть. Но я�вас, ребята, прекрасно понимаю: вам хочется, чтобы она была гибкой и�стройной. Увы, это опера».

Это было в�середине прошлого века. Сегодня на оперу оказывают сильное влияние кино, эстрада, политика, гля- нец, фирмы — производители DVD, реклама и,�прежде всего, деньги. Опер- ные спектакли поставлены на поток, это часть могучей индустрии развле- чений.

До всего этого Сутягин не дожил.

На финише 2010�года в�Уфе проходил тринадцатый Шаляпинский фестиваль. Среди его участников был наш соотече- ственник, выдающийся баритон Сергей Лейферкус.

Я�не удержался и�задал ему свой лю- бимый вопрос: — Существует мнение, будто рас- цвет оперного искусства приходится на 60–70-е годы прошлого столетия. Вы согласны с�такой точкой зрения?

— Пожалуй, соглашусь. Это как выброс солнечной энергии. В�те годы и�в�России, и�за рубежом было немало выдающихся артистов. В�Ленинград- ском Малом оперном театре это, ко- нечно же, Сутягин, — Сергей Петрович назвал имя, которое особенно дорого уфимским меломанам, — очень инте- ресный артист. Какой это был Голлан- дец! В�музее театра есть выразительный портрет Голландца — Сутягина. Если бы я�был художником, я�бы обязательно на- рисовал его в�этой роли!

А�я�подумал о�том, что в�наши дни за Сутягиным охотились бы продюсеры престижнейших театров. Это был артист на все времена.

Закрыть