Бельские_просторы_№08_(07_августа_2019). Страница 12.

11 Амир Аминев Пёс уселся и�вперил в�неё взгляд. Вот чудеса, под фонарным столбом при тусклом свете Аклима узнала тот взгляд, который её преследовал в�зале Дома культуры. Да, это именно он! Значит, пёс был на вечере и�следил за ней? А�ведь этот взгляд Аклима чувствует не первый день, он и�раньше временами ей чудился, особенно в�моменты, когда она была погружена в�свои тревожные мысли-раздумья.

— Отстань, откуда пришел, туда и�иди! Что привязался?

Аклима пригрозила кулаком, потом топнула, замахнулась сумкой, но пёс, и�ухом не пошевелив, упрямо не сдвинулся с�места. Аклима не решилась его ударить. Как во сне, еле отрывая ноги от земли, шатаясь, она побрела, от испуга забыв бежать. Вернее, не могла, словно гири привязали к�ногам; совсем обессилев, остановилась. Да, если упаду, разорвёт на куски, испугалась женщина. Оглянулась: пёс всё так же сидит неподалёку! Как будто Аклима никуда и�не двигалась. До дома далеко, как бы скорей добраться да и�упасть в�постель. Ладно, была не была, решила она и�медленно пошла домой. В�этот раз не пела, горло сжал страх.

— Пой, я�хочу, чтобы ты спела, — повторил голос, в�этот раз прозвучал будто свысока, спустившись меж высоких зданий, отразившись от стен каменных домов, разнёсся вокруг эхом.

— А ты кто вообще? — еле выговорила Аклима, сама боясь оглянуться назад.

Держа голову вполоборота, она напряженно прислушивалась, но ответа на во- прос не последовало. Через некоторое время просьба повторилась, и�Аклима по- няла, что ей придётся петь. Какую же песню выбрать? Она не считала себя певицей, но под настроение пела, хоть и�голос и�музыкальность были так себе, как говорят у�русских, медведь на ухо наступил. Однако же принимала участие в�школьных праздничных мероприятиях, друзья-товарищи на вечеринках дружно просили её петь каждый раз: несмотря на то, что голос не силён, ты душевно поёшь, сердцем, хвалили они. Всё же, что спеть? Шутя, как от друга или подружки, не избавиться от этого приказного голоса: — Давай, я�жду.

Погружённая в�раздумья, Аклима, шагая неспешным шагом в�тишине, вздрог- нула от прозвеневшего, как металл, голоса и�чуть не выронила сумку, которую при- жимала к�груди.

— Что же спеть?

— «Рамай».

Аклима ахнула. Внезапно зародилось недоверие к�услышанному. Да, любимую песню бывшего мужа требует этот голос. Тут её осенило: ведь тот пёс, увязавшийся за ней, и�бывший муж как-то связаны, даже сходство есть между ними… Во-первых, тот взгляд в�кафе как у�бывшего мужа, во-вторых, голос также похож, в-третьих, его любимая песня — «Рамай». Харис ведь не превратился в�этого пса? Такое разве может быть? Нет, это невозможно… На ночь глядя, так печально поёт один, Рамай.

Спел он песню прощальную — Весь лес затих, Рамай.

Даже родники перестали течь, прислушались.

Уеду уж, любимый, далеко я,�Рамай, Любимый мой, с�тобою расстанусь.

Когда будешь скучать по мне, Рамай, На мои следы посмотришь с�тоскою.

Закрыть