Бельские_просторы_№05_(18_мая_2020). Страница 190.

181 Николай Андреев Пока леший орал, Валентин Валерьянович мысли в порядок приводил. А как мысли в порядок привел, гостей нежданных взором ясным обвел, плечами удив- ленно пожал, спросил вполголоса: по какому поводу, интересно знать, они тут шум-гам подняли?

— Или у вас, господа, что-то случилось, что-то произошло?

— А ты, домушник, будто не знаешь, что у нас случилось, что произошло?

— Простите, господа, я, кажется, не расслышал, что вы сказали. Домушник? Кто это?

— Брось придуриваться!

Взор Валентина Валерьяновича стал еще более ясным, еще более бесхитростным.

— Честное слово, господа! Вы меня, видимо, с кем-то спутали. Я порядочный человек. Инженер! Проектировщик! У меня почетных грамот аж три штуки! Не да- лее как позавчера сам товарищ директор на институтском собрании отметил, что Валентин Валерьянович… Леший фразу до конца не дослушал, одной рукой за грудки его схватил, другую для удара занес. Заорал в лицо: — Где рубин- камень, что тебе Лексеич дал?! Отвечай немедля!

— Кому дал? Мне?! – удивился Валентин Валерьянович. – Это явно какое-то недоразумение, господин дрессировщик. Он мне ничего не давал, кроме обещания на дочке- дочурке моей жениться, то есть я хотел сказать – помочь выздороветь… Клянусь вам!

— Как так не давал?

— Так вот. Да вы сами у него спросите, он господин с виду честный, он вам правду скажет, если, конечно, не соврет.

Леший занесшую для удара руку опустил. В сторону Алексея Алексеевича голову повернул, кивнул, давай, дескать, отвечай на навет.

— Да лжет он всё! – ответил Алексей Алексеевич. – Я ему лично из руки в руки рубин передал!

— Не передал! – стоял на своём Валентин Валерьянович. – Не было такого факта.

— Нет, был!

— А я говорю – нет!

— А я говорю – был!

— А я говорю – нет!

— А я говорю… — А я говорю… — А я говорю… Голова у лешего кругом пошла. Он руками замахал, ногами затопал, велел всем заткнуться. Когда все смолкли, сказал, к Валентину Валерьяновичу обра- щаясь, что рубин- камень этот не простой – магический, от него дыхание в груди перехватывает и во всех членах с головы до пят слабость неимоверная наступает.

— Посему будь он, как ты сказываешь, у Лексеича в кармане али еще где, я б его мигом учуял. А раз не учуял, стало быть, он у тебя. Но и у тебя, чую, его тоже нет. Вопрос: где он? Скажешь, не трону. Смолчишь, в лес утащу, под выскорью прикарну. Выбирай.

Понял Валентин Валерьянович, что обмануть лешего не удалось. Но не расте- рялся – в лицо ему рассмеялся.

— Вот только не надо меня на понт брать! Пока камешек не найден, ты меня, голубок мой мохнатый, губить не станешь. Ты меня, наоборот, беречь станешь так, как собственную печень никогда не берег.

Закрыть