Бельские_просторы_№05_(18_мая_2020). Страница 17.

16 Проза К левому углу сеней была приставлена лестница. Нинавия ловко, как обезьянка, взлетела по ней, поманила из темной норы. Чердак пах пылью и прошлогодними травами. Мы торопливо облизывали лакомство, сладко тающее во рту. Тревож- но прислушивались. Когда дверь внизу хлопнула, внутри меня лопнул шарик, с ужасом и медленно заполнил живот. Ноги налились свинцом. Тяжелые шаги пересекли сени и подошли вплотную к чердачной лестнице. Зеленые глаза Ни- навии распахнулись, стали прозрачными, как у кошки. Крупинки земляного пола больно вдавились в коленки. Спустя долгие секунды шаги снова пересекли сени, дверь захлопнулась.

— Больше никогда не полезу!

— Ну, Ляля, все равно не накажут ведь.

— А зачем тогда тайком?

— А мы в последний раз?

Зная характер старший сестры, можно было уверено сказать – не в последний. Нинавия выдумывала шалости каждый день легко, на ходу. То вредного деда мер- злым навозом закидать решит, то спящему теленку в ухо крикнет.

— Идем хотя бы в огород?

Огород начинался за домом с большой навозной кучи, вокруг которой, рассы- павшись горохом, росли тыквы. Прятали налитые медовые бока под раскидистыми листьями. Дальше зеленели грядки с луком, укропом и петрушкой. Тяжело висели подвязанные помидоры, дозревала желтая и фиолетовая репа. Скоро помидоры сложат в ящик, отец выставит их на самую высокую полку, не дотянешься. А слад- кая мякоть брызжет, плюется семенами и соком, только надкуси. За семенами приезжали издалека папины друзья Чемодановы. Они всегда носили с собой ко- ричневый чемоданчик и складывали в него мешочки. Верно, не зря у них была такая фамилия.

Последнее лето перед вой ной я запомнила хорошо, хоть и было мне четыре года. В колхозе уродился хлеб, его ссыпали прямо во дворы, амбаров не хватало. Люди были сытые и веселые. Часто бегала я на речку, спуск к которой начинался в проулке за нашим домом. Большие девочки мыли у ольховых мостков посуду, начищали смесью катыка3 и толченого кирпича медные самовары. Пока они су- шатся рядком, выставив к солнцу пузатые бока, девочки залезут на иву, что растет над мостками и шу-шу-шу. А если пройти чуть дальше, можно набрать питьевой воды из единственного в деревне бетонного колодца. Два раза в год его чистили, а я все ждала, что ведро вычерпнет вместо ила несметные сокровища.

А как началась вой на, я не запомнила. Радио в деревне не было, поденщики принесли страшную новость вечером, возвращаясь с работы. А скоро прискакали верховые из военкомата. Лето как лето, за ней щедрая осень. Для меня вой на на- чалась в начале декабря 1941-го, когда папе пришла каягыз4. Он должен был ехать далеко- далеко, в неведомое Алкино, строить военный завод. Это было страшно, зачем его увозят? Кто будет учить детей в нашей школе? Ведь это он давным- давно, когда меня и на свете не было, организовал в деревне ликбез, после строил школу.

* * * Я проснулась от запаха жженого масла, мама жарила что-то в казане в пере- дней комнате. Слабо мигала пятилинейка, ставни были заперты. Я села в большой 3 Кефир (тат.) 4 Бумага, повестка (тат.)
Закрыть