Бельские_просторы_№05_(18_мая_2020). Страница 109.

108 Проза В эту самую минуту я будто перевоплотилась в женщину, испытавшей горечь измены – не помня себя, выхватила из костра головешку за нетронутый огнем конец и стала размахивать ею. Ашраф отпрыгнул прочь, а Таштояк повалилась на землю, похоже, я задела ее. Но она тут же вскочила и стала истошно визжать. Оказалось, на ведьме загорелась одежда. Кинула головешку, схватила ее за волосы и потащила к речке. Она поняла мое намерение – без сопротивления побежала за мной. На ходу толкнула ее в воду… — Не смей обижать мою подругу! Душу из тебя вытрясу!

— В милицию заявлю! Добьюсь, чтобы тебя выгнали с работы… – пыталась она пререкаться, жалобно скуля.

— Иди, а то тебя не знают! – И тут я подумала, зачем трачу слова на эту вер- тихвостку? Повернулась к Ашрафу, который молча стоял рядом, и выкрикнула в сердцах: – Подлец! – Но на этом злость моя не прошла, и я с размаху дала по- щечину другу детства.

Всю дорогу домой я плакала не в силах остановиться. Могу быть твердой и не- преклонной, но  все-таки я – та еще плакса. Фатих сказал бы, сырой стресс. Асма не плакала – у нее сухой стресс. Уф, подруга моя, из-за тебя впервые в жизни подняла руку на мужчину, до сих пор ладонь огнем горит… Я пошла не домой, а к Асме. Она сидела на крыльце.

— Поставь чай, пожалуйста, в горле пересохло, – попросила.

Зашли домой. Нюх у подруги хороший, сразу почувствовала запах дыма и гари. Я рассказала ей, как ходила на берег речушки, как ударила Таштояк тлеющей го- ловешкой, и сказала, что Ашраф не изменял ей. И вновь начала плакать, пережив заново все произошедшее. Заплакала и Асма. Я порадовалась ее слезам: обида и горечь, сковавшие ее сердце, теперь немного ослабят тиски.

Рано утром вновь зазвонил неугомонный телефон. Наверняка из больницы, откуда еще могут звонить в такое время. Тем не менее было жалко будить мужа – трубку взяла сама.

— Дядя Ашраф привел жену, гинекология… – сказала Зухра и, даже не закончив предложение, положила трубку. Знает, что я разбужу Фатиха. А почему она сама так спешила? Неужели Асме совсем плохо?

Тем временем Фатих уже проснулся и начал одеваться. Я передала ему слова Зухры.

— Что могло случиться? Совершенно здоровая женщина… – недоумевал он. Я дала ему бутерброд с маслом и медом, налила густого чая с молоком и стояла рядом, пока он перекусывал.

— Раз Зухра звонит, возможно, операция… — Фатих! У нее уже пятеро детей, их бы вырастить здоровыми. Предприми что-нибудь, чтобы она больше не рожала.

Муж удивленно посмотрел на меня, но ничего не сказал. Поддавшись теплой волне нежности, я погладила его руки, пальцами расчесала седеющие волосы. Проводила до ворот. Сон уже пропал.

Оказалось, Асма была беременна. Она и сама не догадывалась – ведь кормит грудью. Неспроста так волновалась Зухра, пришлось делать операцию. Хотя она сама является акушером- гинекологом, в сложных случаях вызывает Фатиха.

— Ты не забыл мою просьбу? – спросила я мужа, как только он появился в две- рях. – Дело дошло до операции, да?

— Когда плод размещается в маточной трубе, он не может дальше развиваться, и труба лопается… Такие вот дела.

Закрыть