Бельские_просторы_№04_(16_апреля_2020). Страница 186.

177 Николай Андреев так и объяснил: бракованные, мол, нынче белки пошли, вы лучше стадо зайчат забирайте, они жирнее будут. Охотники согласились: нам, дескать, без разницы, кого брать, главное, чтоб не с пустыми руками к женкам возвращаться. Я зайчат кликнул. Те прискакали, на задние лапки встали, ждут, чего еще скажу. Я не сказал – закричал, да не им – охотникам: «Стреляйте, тудыт- растудыт, чего сидите, тара- щитесь!» Охотники ружья похватали, а стрелять не могут. «Не могём, – говорят, – стрелять в упор – пущай они улепетывают, нам так сподручнее». Я опять в крик: «Бей, телячье племя, не то разбегутся, не соберешь!» А те, знай, свое талдычат: «Ты проиграл, ты ушканов и бей, а мы, сказано, не могём!» В общем, пока мы рядились- судились, зайчата мои кто куда разбежались. Я, понятное дело, на охот- ников осерчал, уходить собрался, а те не пускают, за руки хватают. Я им: покель! Они мне: плати! Я им: шиш! Они мне – ружья в бок. Словом, еле отбился… Хотя, конечно, дело не в охотниках. Просто все-то у меня в ту поры шиворот- навыворот шло. Напугать кого хотел, сам впросак попадал, жениться вздумал, невесты, меня увидав, в обморок рядами валились. Сам собирался с устатку прилечь, невес- ты с земли подымались, приставали, замуж просились. Ну а разило от меня так, что и ныне без содрогания не могу вспоминать… Так бы, думаю, и сгинул, кабы не Баба-яга. Увидала она такое дело, сказала: чую, леший, что-то тут не чисто. И ну, давай меня крутить, вертеть, на солнце разглядывать. А потом как на весь лес закричит: «Вот я вас, вредных, сейчас головешкой-то раскаленной, начиная с первого, ожгу! Вот я вас, окаянных, кончая двенадцатым, прижучу! А ну кыш отсель!» Мне страшно стало, а им, видать, еще страшней. Соскочили с меня, стоят плечом к плечу, дрожат на ветру, трясутся.

— Кто стоят, дрожат, трясутся? – спросил Алексей Алексеевич. – Неужто злыд- ни?

— Они. Все как один, двенадцать родных братьев!

— Что вы говорите?!

— Ну, тут, конечно, потеха знатная началась – столько времени прошло, до сих пор приятно вспомнить. Уж как мы злыдней этих по лесу ни гоняли, уж как мы их по пояс в землю ни вгоняли, уж как мы над ними ни измывались, ни куражи- лись, ни тешились, а все одно мало казалось, хотелось еще что-нибудь смешное сотворить.

— И что вы с ними сделали? Погубили?

— Знали б как погубить, исказнили б, даже не сомневайся! А так как не зна- ли, не могли, в кисет обратно запихали да строго- настрого наказали старичку- боровичку их подальше от леса спровадить.

— И что он сделал?

Леший пожал плечами. Сказал, что старичок- боровичок кисет со злыднями в кошелку какого-то бедолаги- грибника подложил.

— А злыдни – вот ведь паразиты какие! – нам, помнится, всё грозились. Пожа- леете, пищали, что с нами связались! Мы, дескать, вам лесовикам еще отплатим, еще попомним обиду нашу.

Леший ладонь в фонтан опустил, на развеселившуюся рядом детвору задум- чиво поглядел, сказал, что, похоже, вчера вечером того самого бедолагу- грибника в кафе повстречал.

— Он за соседним столиком спиной ко мне сидел, сообедничал. Водичку из бу- тылочки хлебал да салатиком постным закусывал.

— Что вы говорите! – ахнул Алексей Алексеевич. – А как вы догадались, что это он?

Леший ответил: 7 «Бельские просторы»
Закрыть