Бельские_просторы_№04_(16_апреля_2020). Страница 171.

162 Круг чтения При пожарном несчастье с Голо- винским дворцом у Елисаветы сгорел четыре тысячи пар платьев, что состав- ляло некоторую часть ее гардероба.

По прожекту сенатора Шувалов уч- реждается первый в России банк для купечества.

Екатерина писала серебряным пе- ром, которое называлось вечным, по- тому что имело в себе чернильницу.

Сенат рассуждал о воспитании для императрицы двух медвежат: «Чтобы знали ходить на задних лапах и через палку прыгать».

Царскосельский дворец имел ма- шины, которые поднимали в этажи гостей, сидящих на мягких диванах».

В качестве подобных же «слухов- фактов» книге вместо послесловия приданы несколько эпизодов о том, как Демидов собирал воспоминания о Мариенгофе уже в наши дни у тех, кто мог знать его либо его близких. Кончается это все вальяжной сценой: молодые писатели пьют с Андреем Би- товым – подарившим родоначальнику имажинизма свою первую печатную вещь – коньяк за добрую память Ана- толия Мариенгофа.

«– Так и с вашим имажинистом было. Предал, не предал – кто теперь разберёт? А осадочек – вот он, никуда не денешь. Но в Ленинграде к нему относились с почтением – так, на вся- кий случай. На вид – большой дядечка. Родные называли его Длинный», – ци- тирует Демидов прямую речь Битова. Она опосредованно касается одной из самых стойких легенд, связанных с Мариенгофом – будто бы он был сту- кач и тем причастен к гибели Есенина. Демидов к этой версии относится ре- шительно отрицательно и приводит различные факты и документы в ее опровержение. Вообще, он не стара- ется особо скрывать своей симпатии к Мариенгофу. Нет, факты приводятся в книге полярные – и лестные для Ана- толия Борисовича, и так себе, объек- тивность соблюдена – но интонация сохраняется уважительная и с опреде- ленной дистанцией между биографом и его «предметом». А Битов говорит о некоем коллективном бессознатель- ном, что ли – примерно так, как боль- шинство опрошенных в первой книге говорят о пьянстве Ерофеева. С этим «посмертным эхом» шум времени ста- новится еще более слышным.

Критик Елена В. Васильева в жур- нале Звезда (№ 8, 2019) опубликовала рецензию на труд «Анатолий Мариен- гоф: первый денди Страны Советов». Коллега отмечает основные досто- инства этой работы: создана первая полномасштабная биография Мари- енгофа; книга развеивает «хэштеги: «имажинизм», «Циники», «Есенин» (это из предисловия Захара Прилепи- на) и раздвигает рамки представления о нем как об авторе одних лишь «Ци- ников». По мнению Васильевой: «Бла- годаря «Первому денди Страны Сове- тов» совершаются открытия не толь- ко для читателя- невежды, но и для всей, не побоимся этого слова, науки. …в своей книге он впервые публику- ет отрывки из цикла стихотворений 1918 года и из поэмы «Балтфлотцы», написанной в 1941 году. И постоянно спорит с другими исследователями…» Рецензент делает упор на научную ценность изысканий Демидова. Еще одно характерное ее замечание: «Это еще одна книга о том, каким необъят- ным и трудным был XX век».

Отдельно похвалю развернутый научно- справочный аппарат в приме- чаниях, от которого в последние деся- тилетия волей- неволей приходится от- выкать – непопулярен он у нынешних биографов. Демидов даже важнейшие даты жизни и творчества Мариенгофа выделил и поместил в примечания, не говоря о подробнейшем списке ис- точников и литературы. А вот литера- туроведческий аспект введен «внутрь» глав, совмещен с биографией и в целом в глаза особо не бросается. Что не озна- чает, будто бы его нет.

Закрыть