Бельские_просторы_№03_(16_марта_2020). Страница 45.

44 Проза И Эля заревела пуще, представив, что серые, как у мамы, глаза становятся навеки чёрными.

— Алля янгыр ява, алля яшляр тама1.

Девочка стихла, пытаясь разобрать слова на нанэйкином языке. Нанэйка об- тёрла полотенцем Элькино лицо и слегка ущипнула её за нос.

— Пошли искать куклу твою. Небось, опять Рустамка нашкодил.

— Нанэй, он там! – вскрикнула девочка.

Взяв Элю за руку, нанэйка грозно направилась к соседскому дому.

Рустамка в ободранных гамашах и расстёгнутой куртке сидел на скамейке и беззаботно грыз семечки.

— Чего вам? – нагло спросил мальчик.

— Куда куклу дел? – нанэйка проворно схватила его за ухо, и мальчик истошно завопил.

— Отпустите! – проскулил Рустам.

— Говори давай!

— Нет у меня её! Я ребятам раздал! По частя-ям… Потом они с Элей весь вечер ходили по соседям и собирали куклу. Последняя часть, голова, нашлась у Лариски, живущей в самом начале улицы.

Вечером картатай, вооружившись клеем и инструментами, оживлял Элину иностранку.

— Зачем он взял мою куклу? – спросила Эля. – Разве у него не было своих игрушек?

— Потому что родители плохо его воспитали, – ответила нанэйка, возившаяся у плиты.

— Воровство – грех. Аллах всё-ё видит, – сказал картатай, старательно прикру- чивая кукольную головку к тоненькой закруглённой шейке. – И всех наказывает.

Эля не понимала, причём тут Аллах и за что он всех наказывает.

Она вспоминала смеющихся соседских детей и их родителей. От их взгляда становилось так страшно, что Эля пряталась за большую фигуру нанэйки. Они шли с нанэйкой по улице, и Эле казалось, что везде она слышит своё имя и ещё какое- то незнакомое слово, раз за разом повторяемое. Нанэйка добродушно улыбалась, шутила с соседями и будто бы ничего не замечала.

— Что такое атасызлык? – спросила Эля.

Нанэй и картатай замерли на мгновение.

— Дожили, – вымолвил картатай. – Все соседи пальцем показывают. Воспитала дочь на свою голову. С тебя пример взяла.

— Это какой ещё такой пример? – бросила половник нанэйка.

— Тебе лучше знать, – зло сказал картатай.

— Не болтай при ребёнка чего не попадя! – ответила нанэйка, а потом до- бавила: – Вот поговорю с папашей этого Рустама. Нечего нашу Эльку задирать.

А у Эли папы не было. Она не сразу поняла, что у неё его нет. Просто не знала, что он должен быть. А потом как-то сама разгадала: с ней было что-то не так. Папа был у мамы, она его называла атай, а для Эли – картатай. Папа был у Дины, высокой молчаливой девочки, приезжающей к ним из Уфы. Когда Эля была ма- ленькой, то думала, что папа Дины и её папа тоже.

— Папа, – просила Эля. – Покатай меня на спине.

Папа Дины всегда смущался, но на спине катал.

— Это мой папа, – однажды произнесла Дина-апа. – У тебя папы нет.

— Как это, нет? – удивилась девочка.

1 То ли дождь идёт, то ли слёзы капают.

Закрыть