Бельские_просторы_№03_(16_марта_2020). Страница 38.

37 Салават Вахитов — Глеб Анатольич, я забыл сказать спасибо. Это был прекрасный урок. И ещё… – Семёнов замялся. – Извините меня за… за дурацкое поведение. И за Желткова.

— За Желткова не стоит.

Семёнов кивнул и тут же исчез.

Нелька смотрела с восхищением.

— Да вы педагог, Глеб Анатольич! – сказала не без иронии. – Что, «Гранато- вый браслет» проходите? Скучный этот Желтков и зануда, самый примитивный персонаж из всех, каких я знаю. Ну что, уходим?

Они поднялись. Поднялась и Мария Георгиевна.

— Перед уроком зайдите ко мне в директорскую. Оба! – сказала и направилась к выходу.

Неля и Глеб Анатольевич переглянулись и поплелись следом.

* * * — Мария Георгиевна, простите, день такой нервный, – «запели» они хором в директорской. – Столько проблем… столько проблем, что забываешь, где на- ходишься… Мария Георгиевна села в массивное директорское кресло, сняла очки и поло- жила их на стол. Без очков она вдруг напомнила Глебу Анатольевичу полнеющую деревенскую бабушку, которая ходит за скотиной. Добродушную и беззащитную. Но это только на миг, потому что очки вновь взлетели на нос строгой директрисы.

— Это вы меня простите, – неожиданно сказала она. – Нечаянно подслушала ваш разговор, да ещё и встряла. Нехорошо это, некрасиво. Извините меня.

Наступило глупое молчание. «Похоже, что сегодня праздник – День извине- ний», – подумал Глеб Анатольевич. Прозвенел звонок.

— Может, мы – на урок? – спросила Неля.

— Да-да, идите. И вот ещё что, Глеб Анатольевич, – права Неля Петровна: эта ваша шахматистка… второразрядница – ну абсолютная мерзавка!

* * * Настал наконец день «Великого шахматного противостояния», которого так ждали в семье Глеба Анатольевича. В «Солнышке» дети поздравили пап песенкой «Лучше папы друга нет», а потом утомительно долго рассказывали стишки. Когда наступила очередь Маши, Глеб Анатольевич оживился и радостно помахал ей с задних рядов родительских скамеек.

Потом объявили конкурс. И началось великое сражение. Никто из пап особо не заморачивался, к игре отнеслись как к игре: легко и быстро то один, то другой покидали турнир. Глеб Анатольевич старался вовсю, разве что язык не высовы- вал от старания, шансы на победу росли на глазах. И произошло то, что и должно было произойти – в финал вышли он да Егоров.

— Ну что ж, держитесь, Гранат Бриллиантович, я настроен играть серьёзно, – сказал Глеб Анатольевич, усаживаясь напротив соперника.

Тучный Егоров, пыхтя, словно пробежал километровку, уставился очками на учителя.

— Гранат Бриллиантович, пока не начали партию, у меня к вам просьба… Егоров молчал. Глеб Анатольевич попытался заглянуть за стёкла очков, чтобы разглядеть глаза, но безрезультатно.

— Пустяковая просьба: одолжите 20 тысяч до зарплаты: в садик нужно за- платить, да и вообще… — М-м-м… – промычал тот. – В таком случае у меня тоже просьба.

Закрыть